Важные новости

Письма крымчан: Цена войны

19.02.2023  /  Категория: Общество

Война и Крым

В последние несколько месяцев фронт не продвинулся в сторону Крыма. Но это не значит, что севастопольцы перестали обсуждать его возможное приближение, а также то, какую цену придется заплатить каждому за возвращение Крымского полуострова под контроль Украины.

Вот вроде живешь в городе постоянно, а одноклассников, которые рядом по тем же улицам и районам перемещаются, годами, а то и десятилетиями не видишь. На вечера встречи одноклассников в школу я перестал ходить после 2014 года, когда стало ясно, что две трети тех, с кем провел десять самых лучших в жизни лет, оказались по другую сторону условного барьера, поддержав аннексию Крыма Россией. А тут вдруг однокашник мне написал в соцсети – Борис, с которым мы и в школе-то почти не общались – интересы не совпадали. Я в музыкальную школу ходил и туризмом занимался, он – боксом и вообще задирой был.

То да се, слово за слово, позвонил он мне через мессенджер. Как оказалось, в мае пошел Борька добровольцем воевать против Украины, а в октябре вернулся в Севастополь, но уже без ноги – потерял часть конечности почти до колена, на мине подорвался.

«Первый месяц, я, конечно, в шоке был, – рассказывает он, но спасибо нашему госпиталю, подлечили, реабилитацию прошел, в том числе психологическую. Однако, пока не совсем отпустило – фантомные боли мучают, да и сны кошмарные снятся».

Про то, убивал ли он украинцев и как вообще к этому относится, Борис не говорит, но в голосе его я ощущаю какую-то тревожность. «Мог бы сказать, что у меня все нормально: компенсацию получил, в очереди на протез стою, пенсия в стадии оформления… Но гложет меня: не думал, когда в военкомат шел, что такую вот цену заплачу за это. Полжизни еще впереди, а я калека. На вечер встречи с одноклассниками в субботу не пойду, не хочу, чтобы жалели, особенно девчонки наши», – рассказывает он.

«У войны есть цена и каждый ее заплатит. Каждый, даже тот, кто не воюет», – говорит Борис прощаясь

Я выслушиваю одноклассника практически молча, только иногда вставляю какие-то междометия. Вряд ли он знает, что я осуждаю развязанную Россией войну, иначе, возможно, не стал бы со мной разговаривать.

«У войны есть цена и каждый ее заплатит. Каждый, даже тот, кто не воюет. Дурак я был, что не понимал этого раньше», – говорит Борис прощаясь.

Я долго размышлял над его словами. Мой однокашник стал агрессором и до конца жизни им останется. Не важно, как он сам представлял себе происходящее. Но Борис, безусловно, прав: цену заплатит каждый, война не обойдет стороной.

Цена человеческая

Пенсионерка Мария Сергеевна родом из Полтавы, в Севастополе живет более 40 лет. В хорошую погоду часто сидит на лавочке у соседнего подъезда. Остановился, разговорились. «Как вы думаете, куда лучше бежать, когда украинцы новые ракеты получат и Севастополь обстреливать будут?» – спрашивает она.

«Мы же в спальном районе живем, у нас тут военных целей нет. Но случайности, конечно, всякие могут быть, – отвечаю ей. – А подвалы у нас сами знаете какие».

«Внучка моя, Леночка, так уже устала в Киеве от этих воздушных тревог. Без конца или в метро бегает или в ванной прячется. Но уезжать за границу не хочет. А я бы уже готова была, пусть уж лучше Севастополь бомбят, раз Россия все это начала», – делится со мною Мария Сергеевна.

Думающих так, как моя соседка, в Севастополе не очень много. Ее вечного оппонента, пророссийского патриота дяди Миши сейчас во дворе нет, но я с ним несколько дней назад общался. Внук дяди Миши служит в бригаде морской пехоты, которая в Казачьей бухте, в войне участвует с первых дней. Сейчас на ротации или на реабилитации, я не понял толком.

Дядя Миша тому, что внук сейчас не на боевых действиях, очень рад. «Скольких из его сослуживцев похоронили уже, страшно сказать. А он, тьфу-тьфу, пока ни царапины. Хоть бы его не посылали больше туда», – надеется пенсионер, но сам не очень верит, что это возможно.

Продавщица Лена, с которой мы знаем друг друга много лет, поделилась «кладбищенскими новостями». «В прошлые выходные мы на кладбище на 5-м километре ездили, годовщина смерти бабушки была, – рассказывает мне Лена, пользуясь тем, что в магазинчике сейчас нет покупателей. – Обратили внимание на свежую могилку рядом. Присмотрелись – молодой парень в военной форме на фото, на венках надписи: «От сослуживцев». Выходит, его рядом с родственниками похоронили, а не на Аллее славы. А сколько их таких, кого на своих участках хоронят?»

Я не знаю ответа на ее вопрос. Думаю, что много. Не все родственники готовы выдерживать официоз торжественных захоронений, да и российским властям так выгоднее – меньше военные потери заметны.

А вот военный пенсионер Анатолий Евгеньевич, осенью хваставшийся, что его сын Евгений по мобилизации отправился «бить хохлов», а после искавший, где для него купить «нормальный бронежилет», сейчас ходит угрюмый, глаз от земли не поднимает.

Я его не спрашиваю, как дела. Мало ли чего. Сейчас в тысячах севастопольских семей переживают о мобилизованных, а кто-то уже, возможно, успел и похоронку получить. Не хочу слушать причитания о тех, кто отправился убивать украинцев. Это их выбор и цена, которую придется заплатить.

Цена юридическая

После начала вторжения России в Украину Верховная Рада приняла два закона о коллаборационизме: они касаются представителей украинской власти и просто жителей страны, которые добровольно сотрудничали с представителями оккупационных властей. До февраля 2022 года в Украине вообще не было разработано соответствующее законодательство, предусматривающее ответственность за это. После начала полномасштабной агрессии России ситуация изменилась.

В августе прошлого года украинское правительство разработало закон, который должен урегулировать вопрос с определением пособника врага

В августе прошлого года украинское правительство разработало закон, который должен урегулировать вопрос с определением пособника врага. В частности, коллаборантами можно признать как учителей, врачей, так и тех, кто торгует на рынке.

Еще один законопроект об уточнении понятий, кого считать коллаборантами, в середине января внес в украинский парламент народный депутат от партии «Голос» Ярослав Юрчишин.

Когда изменения и уточнения в законодательство примут, пока неизвестно. Но если вы думаете, что за данными процессами не следят в Крыму и Севастополе, то глубоко ошибаетесь. Рядовым гражданам, конечно, глубоко наплевать, а «причастные лица» очень даже интересуются.

Соседка Вера Ильинична, поинтересовалась, встретив меня в подъезде: «Украинцы вовсю коллаборантов ловят в Херсоне, я в телеграм-канале читала. Как Вы думаете, моя Марина (дочь ее – авт.) под эту категорию попала бы?»

Марина работает в администрации Гагаринского района, или, как ее сейчас называют, муниципалитете. И при Украине там же работала, в том же самом отделе. Я не юрист и точного ответа на вопрос женщины не знаю и говорю, что если дочь просто трудилась, исполняла свои функции, не агитировала на выборах и не участвовала в работе избирательных комиссий, то, скорее всего, никакой ответственности не будет.

«В комиссии один раз была, назначили. Может, за один раз ничего не будет?» – уточняет Ильинична, надеясь на «смягчающие обстоятельства» для дочери.

Случай, действительно, самый распространенный. В то же время те, кто собирает сейчас помощь для воюющих российских военных, кто выполняет военные заказы, кто наклеил символ «Z» на автомобиль и всеми другими способами поддерживает Россию в войне против Украины – однозначно коллаборанты. Это и без уточнения законодательства понятно.

Цена материальная

Еще одна цена, которую приходится платить за войну – это материальные, экономические потери. С этим пока сталкивались лишь некоторые севастопольцы, у кого стекла разбились или треснули в результате взрывов беспилотников. Однако, телевизор и интернет есть у всех, поэтому как выглядят разрушенные в результате обстрелов дома и сожженные автомобили, видели.

В перспективу скорого «если что» верит все большее число севастопольцев, читая новости о предоставлении Украине дальнобойного оружия

Та же Мария Сергеевна об имуществе не особо печется, говорит, лишь бы живой остаться. В отличие от нее Анатолий Евгеньевич перспективам потерять полученную от государства квартиру или «нажитую» машину не рад совсем. Но уповает на «силу российской ПВО», надеясь, что «максимум осколки долетят, если что».

В перспективу скорого «если что» верит все большее число севастопольцев, читая новости о предоставлении Украине все более дальнобойного оружия. И не очень верят в надежность укрытий, которые не так давно по указке властей обозначили табличками и указателями.

Также почти никто уже не сомневается в том, что положение в экономике если и улучшится, то только спустя многие годы. Такова цена войны.

Юрий Федулов, крымский журналист


Похожие новости


Темы

Cтатьи

11:10 - 17.12.2023
Эксперты рассказали, сможет ли Черноморский флот РФ вернуть господство на море
09:10 - 11.12.2023
В Севастополе пытаются создать новый российский беспилотник
09:14 - 01.12.2023
Крымчане остаются без мобильной связи и спутниковой навигации: кто глушит эти сигналы на полуострове
09:54 - 27.10.2023
Военный призыв в Крыму. Можно ли крымчанам избежать службы в российской армии?
09:06 - 13.10.2023
Недвижимость под ударом: в Крыму снижается стоимость жилья и его аренды
18:30 - 10.10.2023
«Такого не было даже при Сталине». В Крыму преследуют за украинские песни
10:09 - 16.09.2023
«Страшилки» и реальность. Кого в Крыму ждет наказание за коллаборационизм?
18:42 - 21.08.2023
Усилить флот. Какие корабли Россия может перебросить в Черное море
19:31 - 11.08.2023
Сельское хозяйство Крыма при России: без свиноводства, без молокозаводов и без будущего
19:45 - 10.08.2023
Авторитет Черноморского флота под вопросом – политики о роли оперативного объединения в войне
10:08 - 10.08.2023
Чудеса экономики по-российски: виноделие в Севастополе стало убыточным
09:42 - 28.07.2023
Камуфляж кораблей Черноморского флота России: попытка спасти их от украинских дронов?
09:34 - 27.07.2023
Вертолетная угроза исходит из Крыма, свидетельствуют спутниковые снимки
19:20 - 13.07.2023
Крымская «буханка» с электрическим мотором
12:45 - 04.07.2023
Избирательное правосудие в Крыму: чиновникам – условные сроки, проукраинским гражданам – реальные
17:27 - 28.05.2023
Деколонизация топонимии. Эксперты рассказали, каким названиям не место на карте Крыма
14:51 - 19.05.2023
Окопы на пляжах и «замки из песка» курортных проектов в Крыму
10:32 - 11.05.2023
Война и спорт – понятия несовместимые: в Севастополе остановилось строительство спорткомплекса и ледового дворца
20:15 - 03.05.2023
Цель №1: чем Украина может ударить по Керченскому мосту
21:45 - 02.05.2023
Мусорная канитель: за девять лет в Севастополе так и не начали строить мусороперерабатывающий завод
11:07 - 22.04.2023
Не суждено построить: обещанные Севастополю мегапроекты практически заморожены
16:59 - 01.04.2023
«Z-безумие и ура-патриотизм» – активисты о ситуации в крымских школах
10:10 - 30.03.2023
«Как будто мы люди второго сорта». Почему крымчан не всегда пускают в Грузию
09:53 - 22.03.2023
Военные заводы – на продажу. Какие предприятия в Феодосии пускают с молотка
19:47 - 14.03.2023
Миллиарды на долгоиграющие проекты: что российские власти хотят построить в Севастополе
10:19 - 11.03.2023
Пять стадий неправды. Как Путин рассказывал о российском захвате Крыма
10:27 - 03.03.2023
«При очередном сильном землетрясении Ялта сложится как карточный домик» – эксперты о сейсмоустойчивости крымских новостроек
18:02 - 22.02.2023
Как Севастополь остался без новых пассажирских катеров из-за «геополитической ситуации»
11:48 - 22.02.2023
Письма крымчан: Чего добился Путин в Крыму?
11:04 - 17.02.2023
Крым, война и «культурно-историческая» экспансия Кремля на Украину

Другие статьи